Пандемия изменила всех: в Музее самоизоляции собрали предметы и истории периода карантина | статьи на bitclass

В Москве 27 ноября откроется Музей самоизоляции. Онлайн-проект и выставку готовит Музей Москвы. Какие в нем есть экспонаты, какие авторы идеи хотели бы видеть, телеканалу «МИР 24» рассказала научный сотрудник Музея Москвы Полина Жураковская.

— Как появилась идея создания подобного проекта?

Полина Жураковская: Изначально мы хотели делать онлайн-проект Музея самоизоляции, мы запустили open call, но постепенно пришли к идее, что нужна настоящая выставка, куда люди могут прийти. Мы это делаем в партнерстве с галереей «Триумф». Это будет выставка не только предметов, связанных с самоизоляцией, но также работ современных художников, которые размышляют о том, что такое этот период, каким он был для нас, к чему он может привести и уже привел.

— Соавтором может стать любой человек. По какому принципу отбираются экспонаты?

Полина Жураковская: Изначально мы просили рассказать людей об очень важных эмоциях, переживаниях и событиях, связанных с периодом карантина, но впоследствии мы пришли к выводу, что для нас недостаточно предметов и историй, которые присылают люди. Как ни странно, складывалась очень радостная картина – она в каком-то смысле грустная, но драматизма в ней совершенно не хватало, потому что люди готовы были делиться теплыми эмоциями и переживаниями. Мы понимали, что так мы упускаем очень важную драматическую часть, потому что музей в рамках карантина запустил несколько программ по аудиовстречам, дискуссиям и лекциям, и у нас была как раз другая картинка в голове, мы хотели ее отразить.

Тогда на основе лекций и дискуссий мы пытались в режиме реального времени осмыслить то, что с ними происходит, с разных точек зрения – с точки зрения антропологии, социологии, последствий для экономики, того, как идет образовательный процесс, как родители кричат на детей, дети не хотят делать уроки, родители вынуждены работать – это очень много разных сторон. Мы наметили конкретные пункты, по которым стали искать спикеров, обыкновенных людей и известных, тех, кто как-то драматично переживал этот период, и все стало обрастать новыми смыслами.

— Какие-то необычные объекты есть?

Полина Жураковская: Маску чумного доктора никто не прислал, но я сама вела занятия, и она есть у меня. Я решила, поскольку не могу работать с выставкой в этот период, я могу хотя бы вести занятия. Было три занятия в неделю с детским центром: мы с детьми путешествовали. Одно из путешествий было в Венецию, и мы делали маску чумного доктора.

— Какие предметы уже сейчас можно назвать символами эпохи самоизоляции?

Полина Жураковская: Маска – это очень важный предмет, они принимали невероятные формы, мы собрали необычные примеры дизайна масок. Их делали компании, которые обычно не занимаются чем-то подобным. Также у нас есть маски, которые люди делали самостоятельно из разных предметов.

Мы скоро должны получить на выставку санитайзер. Это предмет, который формирует наше ощущение в пространстве – новые практики, привычки, когда ты идешь к метро. Я наблюдала сама, что чаще мужчины обрабатывают руки в метро. Думаю, это отчасти связано с тем, что женщины просто не хотят подвергать кожу рук риску.

— Почему сейчас с точки зрения истории важно собрать предметы этого непростого периода и систематизировать?

Полина Жураковская: То, что с нами происходит, это историческое событие, это повлияет на все стороны жизни. Это то, что, например, ведет к резкому всплеску нежелательных беременностей, а потом к резкому спаду рождаемости (это то, что мы ожидаем), или совершенно явные последствия для экономики, последствия, связанные с изменением социальных практик, с дистанцией, этикой общения. Важно фиксировать изменения, их систематизировать. Большое видится на расстоянии – через некоторое время мы сможем это более полно осмыслить. Но, чтобы было что осмыслять, о чем говорить, нам надо максимально собрать все свидетельства, предметы, документы – создать полноценный архив.

Я только что общалась с Департаментом транспорта. Они интересно говорили о том, как теперь люди в меньшей степени хотят пользоваться общественным транспортом, предпочитают оставаться дома – это тоже приводит к переформатированию восприятия офиса как необходимого пространства, куда обязательно надо перенести физическое тело, чтобы работа двигалась. Многие обнаружили, что можно работать из дома с таким же или даже большим успехом.

Я знаю, что очень многие родители страдали – было очень сложно все, что связано с домашним обучением, но, с другой стороны, многие обнаружили, что домашнее обучение – это неплохо, возможно, это выход из недовольства системой образования, школой. Появились новые предпринимательские формы активности, которые мы тоже хотим собирать, рассказывать о том, как какие-то компании обанкротились, какой это был серьезный удар, а кто-то сильно поднялся. Про то, как менялись сферы деятельности, тоже интересно, это сравнимо с тем, что происходило в 1990-е, когда люди кардинально меняли профессию, когда становились курьерами, будучи до этого бариста в кафе.

— Когда откроется музей?

Полина Жураковская: Мы открываемся 27 ноября. Выставка простоит всю зиму и до 14 марта. У нас есть желание получать истории людей, переживших самоизоляцию. Чем больше историй и предметов мы получим в фонды, тем скорее мы сможем отобразить более полную картину этого периода.

Схожее по теме