Сергей Селин: Важно не засидеться в одной роли. ЭКСКЛЮЗИВ | статьи на bitclass

Почему Сергей Селин выбрал актерскую профессию? В чем секрет успеха сериала «Улицы разбитых фонарей»? Чувствует ли он себя заложником одной роли? На эти и другие вопросы заслуженный артист РФ ответил в эфире программы «Культ личности».

Сергей Селин: Мне очень симпатичен канал «МИР», я с удовольствием смотрю его. Мне очень нравится, когда я по «МИРу» смотрю погоду не только в России, но и в Узбекистане, в Таджикистане, на Украине, в Молдове, в Киргизии. Это же интересно. Он единственный, на мой взгляд, который освещает жизнь вчерашних, да и сегодняшних наших соседей. Это всегда приятно – знать, как живет твой сосед, чем он дышит, чем занимается, какие у него успехи, какие неудачи.

— Вы трижды поступали в театральный вуз. Почему?

Сергей Селин: Я очень хотел стать артистом. Мне повезло в этом плане. Сегодня молодежи очень сложно выбрать профессию, разобраться в себе, как бы выстроить направление главного удара. Я с четырех-пяти лет хотел стать артистом, об этом сказала мне моя мама. Я родился в тот год, когда полетел Юрий Алексеевич Гагарин. В те годы мы, ребята, хотели стать обязательно летчиками, космонавтами, но никак не артистами. И только я, какой-то такой ненормальный, заявил родителям, что хочу стать артистом. И поэтому мне в каком-то смысле было легче по жизни. Я знал, что я буду известным, что меня будут узнавать на улице. Знал я об этом! Кто-то скажет, да ну, Сергей, не может быть такого, что ты мог знать в пять лет. А я знал.

— «Улицы разбитых фонарей» – один из самых долгоиграющих сериалов. Как вы думаете, в чем секрет его успеха?

Сергей Селин: Успех в первую очередь состоит в том, что мы были первыми. Это трудно, быть первым, всегда трудно. Мы ходили по гулким коридорам «Ленфильма», и было такое ощущение, что все двери были заколочены досками, и надпись – «Все ушли на фронт». Так было и на «Мосфильме», и на Киностудии имени Горького. Была полная разруха. И вдруг по гулким коридорам «Ленфильма» идет наша команда. Как сейчас помню, в полной тишине. Благодаря, во-первых, Александру Владимировичу Рогожкину, который снимал первую серию, и благодаря, безусловно, Александру Петровичу Капице, это был первый настоящий продюсер, который сам откуда-то доставал деньги. Нас набрали и бросили в пекло, можно сказать. Мы снимались в первой серии в своих костюмах, в своей одежде были. И камеры у нас были не сегодняшние, не цифровые, у нас VHS-ки были. Такая кассета, которая менялась. Все это было элементарно, просто. Но в этой простоте была, видимо, заложена какая-то мина долгоиграющего действия.

— Для многих зрителей вы так и остались оперуполномоченным из сериала. Чувствуете себя заложником роли или нет?

Сергей Селин: Не чувствую. Потому что эти роли – Дукалис, Ларин – как и Штирлиц, как и Шарапов, Жеглов, дали определенный толчок в профессии. Я говорю о Вячеславе Тихонове, Владимире Высоцком, Владимире Конкине. Такие роли дают порой серьезный толчок. Конечно, важно не засидеться в этой роли.

— Вы говорили, что однажды проснулись знаменитым, когда вышел сериал, и даже несколько раз пользовались своим образом, показывали права на имя Дукалиса. Правда ли?

Сергей Селин: Да, были такие шуточные права. Они у меня где-то дома есть. Фотография там, написано: Дукалис Анатолий Валентинович. Я показывал гаишникам эти права. Они смотрели, все нормально, честь имею. Был момент такой.

— Поклонники, встречая вас на улице, часто предлагали выпить. Это правда или анекдот?

Сергей Селин: Да, был такой момент. Почему-то нас, экранных героев, ассоциировали с нами настоящими как с алкоголиками. Почему-то все считали, что если мы на экране выпиваем, а выпивали мы там часто, у нас практически каждая серия заканчивалась: ну что, пойдем, и мы шли… И многие считали, что мы и в жизни такие. На самом деле это было не так. Я часто задавал вопрос человеку, который подходил и предлагал выпить: подожди, ты на работе выпиваешь? Он: нет, меня уволят. Я: так и меня уволят.

— В прошлом году начались съемки сериала «Полицейское братство». И вы там тем же составом, что и в «Улицах разбитых фонарей». Можно ли назвать это продолжением сериала?

Эльдар Рязанов – о Лии Ахеджаковой и съемках «Гаража»«Мне было мучительно стыдно за свое поведение на собрании»

Сергей Селин: Тем же, да не тем же. Есть там Ларин – Алексей Нилов, есть Александр Половцев, который был майор Соловец, и есть Андрей Федорцов, это Василий Рогов из «Убойной силы». Ну и я, Анатолий Дукалис из «Улиц разбитых фонарей». Мы под другими фамилиями, мы уже повзрослевшие, у каждого своя жизнь, своя судьба. Она никоим образом не связана с теми. Алексей с бородой, Саша седой, у Андрея легкая небритость. Я такой уже… широкоплеч в животе, без единого волоса – это моя любимая прическа. Мы там больше похожи на стариков-разбойников.

— Вы в детстве играли в духовом оркестре, потом в армии – на баритоне, и даже выпустили песню. Какие у вас сейчас отношения с музыкой?

Сергей Селин: Я люблю музыку, и очень хочу, чтобы моя дочь тоже. Я купил фортепиано, она что-то пытается, будем брать какие-то уроки. Я очень хочу, чтобы дети были музыкально образованы. Потому что мне это в жизни пригодилось.

— Ваши младшие дети Маша и Макар собираются тоже стать актерами, продолжить династию?

Сергей Селин: Не знаю. Конечно, им выбирать, но я, если честно, не хотел бы. Потому что я считаю, что в нашей профессии заложена странность. Во-первых, это некая нестабильность – сегодня ты нужен, завтра нет. Знаете, что самое страшное для артиста? Ждать. Как жены моряков ждут из походов. Ждать, когда зазвонит телефон. И периодически смотреть и понимать, что тебе сегодня никто не позвонил. 35 лет назад я иду по Невскому проспекту и вижу, идет Олег Валерианович Басилашвили. Плащ, кепка, неизменная беломорина. Он идет один по Невскому, и с ним здороваются. Он улыбается, кивает. И вот наступил такой момент, когда сегодня иду по улице, и со мной здороваются. Большего кайфа нет – идут и здороваются.

— Спасибо вам большое за интересный разговор.

Добавить комментарий